Российская прокуратура почти три столетия служит державным оплотом порядка и законности нашего общества. Менялись эпохи и столетия, но прокуратура всегда стояла на защите прав и законных интересов государства, его граждан.

Слово прокуратура происходит от латинского глагола «procurare» — иметь попечение, заведовать, управлять, откуда производное существительное «procurator», заведующий, управляющий. На старо-французском языке это слово означало стряпчий, поверенный.

Родиной прокуратуры считается Франция, где она возникла из потребностей и интересов королевской власти.

В России основателем прокуратуры является Петр Великий. В допетровской Руси не было особых органов публичного преследования; ей была также чужда идея надзора за исполнением закона. В начале XVIII века Петр I проводит ряд реформ и сталкивается с тем, что повсюду встречались злоупотребления и противодействия, поэтому появляется потребность в создании органа, который надзирал бы за новыми учреждениями и контролировал их.

Таким органом первоначально были фискалы, учрежденные указом 2 марта 1711 г., но деятельность их оказалась неудовлетворительною. В 1715 г был назначен в сенат граф Зотов «генерал-ревизором» или «надзирателем указов», с обязанностью следить за их исполнением. В 1720 г. эта обязанность была возложена на обер-секретаря сената Щукина. В 1721 г для надзора за сенатом было учреждено переменное дежурство штаб-офицеров гвардии, которые, прежде чем доносить Государю о беспорядках или беззакониях в сенате, должны были троекратно напомнить сенатору-нарушителю об его долге, а в случае неповиновения они имели право арестовать его и заключить в крепость.

Указом от 12 января 1722 г. учреждается Петром I должность генерал-прокурора «быть при сенате генерал-прокурору и обер-прокурору, также во всякой коллегии по прокурору, которые должны рапортовать генерал-прокурору». Последующими указами были учреждены прокуроры в провинциях, при надворных судах и при святейшем синоде. Первыми генерал-прокурорами и обер-прокурорами были Ягужинский и Скорняков-Писарев.

Сущность прокурорской деятельности заключалась в широком осуществлении контрольного начала, воплощаемого в лице монарха. Относительно генерал-прокурора Петр выразил это в словах: «сей чин есть око наше»; прочие прокурорские чины признавались «оком генерал-прокурора».